Баранин Петр Петрович - История изменений

Admin в 08:32, 19 августа 2020

2020-08-19T08:32:07Z

Admin в 08:27, 19 августа 2020

2020-08-19T08:27:32Z

Admin в 07:05, 3 мая 2017

2017-05-03T07:05:23Z

Admin в 21:09, 28 февраля 2017

2017-02-28T21:09:23Z

Admin в 18:43, 27 августа 2016

2016-08-27T18:43:41Z

Admin в 11:13, 17 января 2016

2016-01-17T11:13:25Z

Admin в 10:58, 17 января 2016

2016-01-17T10:58:24Z

Admin в 10:53, 17 января 2016

2016-01-17T10:53:25Z

Admin в 10:47, 17 января 2016

2016-01-17T10:47:39Z

Admin в 10:47, 17 января 2016

2016-01-17T10:47:05Z

@@ Строка 3: / Строка 3: @@
 '''Петр Петрович Баранин''' (20.02/5.03.1882, дер. Большие Кольки (Колкья) Алацкивиской вол. Юрьевского у. Лифляндской губ. - 18.03.1966, Таллин)
-Из семьи потомственных старообрядцев. Церковнославянскую грамоту и знаменное пение изучал в семье. Учился в частной гимназии Гуго Треффнера, и в Тартуском реальном училище (1895 - 1898). В 1913 принят в члены Черносельской (Муствеэской) старообрядческой общины, избран в совет этой общины, исполнял обязанности секретаря. Принимал участие в движении за трезвость. Один из организаторов Муствеэской добровольной пожарной дружины. Избирался на общественные должности волостного старшины Мутвеэской волости и председателя поселкового совета. В 1917 избран в состав делегации от Причудского края, которая передала Временному правительству России особую петицию по вопросу об автономии и с изложением нужд местных русских, в т.ч. и старообрядцев. Причудские делегаты имели аудиенцию у члена Временного правительства Г.Е. Львова, посетили ряд министерств и ведомств. В результате переговоров было восстановлено пароходное сообщение между Тарту и Чудским озером, что несколько облегчило проблему снабжения продовольствием в тот сложный период.
+Из семьи потомственных старообрядцев. Церковнославянскую грамоту и знаменное пение изучал в семье. Обучался в [[Дерптская частная гимназию Гуго Треффнера|Дерптской частной гимназию Гуго Треффнера]] и в [[Юрьевское реальное училище|Юрьевском реальном училище]] (1895 - 1898). В 1913 принят в члены Черносельской (Муствеэской) старообрядческой общины, избран в совет этой общины, исполнял обязанности секретаря. Принимал участие в движении за трезвость. Один из организаторов Муствеэской добровольной пожарной дружины. Избирался на общественные должности волостного старшины Мутвеэской волости и председателя поселкового совета. В 1917 избран в состав делегации от Причудского края, которая передала Временному правительству России особую петицию по вопросу об автономии и с изложением нужд местных русских, в т.ч. и старообрядцев. Причудские делегаты имели аудиенцию у члена Временного правительства Г.Е. Львова, посетили ряд министерств и ведомств. В результате переговоров было восстановлено пароходное сообщение между Тарту и Чудским озером, что несколько облегчило проблему снабжения продовольствием в тот сложный период.
 После революции в эмиграции в Эстонии в связи с изменением государственных границ. С провозглашением Эстонской Республики начал политическую карьеру как депутат от Тартуского округа (Муствеэ) в Государственном собрании Эстонии 1-го (1923 - 1926) и 3-го (1926 - 1929) созывов. Входил в состав финансовой комиссии. В выступлениях в парламенте критиковал бюджет за пренебрежительное отношение к развитию русских окраин. По его предложению правительство занималось подысканием заграничных рынков для причудских рыбаков. Баранин поднимал вопросы о заключении с Россией договора о рыбной ловле во внутренних водах. В парламенте принимал участие во фракции русского объединенного списка, выступая за право на культурную автономию (самоопределение) русского населения. В вопросах церковной жизни ратовал за проведение в жизнь принципов отделения Церкви от государства на основе полной автономии русских приходов; за право верить и молиться по обычаям и заветам предков; за отмену административных взысканий, наложенных на некоторых местных русских деятелей в связи с церковными гонениями; за равноправие всех религиозных объединений перед законом в вопросе о пенсиях и государственных дотациях. В своих выступлениях неоднократно указывал, что принцип равноправия попирается в отношении детей старообрядцев, которым не разрешают отмечать церковные праздники по старому стилю. В 1926 был одним из организаторов благотворительного общества в Таллинне "[[Дом русского ребенка]]", способствовавшего распространению общего и специального образования среди русских детей. Член  общества "[[Русская школа в Эстонии]]", избран 2.12.1926. В 1929 короткое время, как руководитель русской фракции в парламенте, исполнял обязанности председателя правления "[[Русский национальный союз|Русского Национального Союза]]". Освещал жизнь старообрядцев на страницах местных газет "[[Последние известия]]" (1923 - 1925), "[[Наша газета]]" (1927) и "[[Русский свет]]", являясь фактическим редактором последней с января по июнь 1929; ввел в этой газете рубрику "Дела старообрядческие"; также печатал свои статьи в "Вестнике высшего старообрядческого совета в Польше " (1929 - 1934). Проиграв на выборах в состав парламента 4-го созыва, отошел от политики и полностью посвятил себя устройству старообрядческеских дел. Главной задачей его деятельности в этом направлении было повышение религиозности верующих, упорядочение обрядовой стороны и принятие устава Старообрядческой церкви Эстонии. Возглавлял комссию по созыву IV и V Всеэстонских старообрядческих съездов в феврале и июле 1928. На них был создан Центральный старообрядческий совет Эстонии, в который как член парламента вошел Баранин, и принят устав Старообрядческой церкви Эстонии. На очередном 6-м съезде 3.11.1929 в Тарту прочел доклад об истории церковного пения и затем издал книгу "Из истории возникновения церковного пения в древнехристианской церкви" (Ревель, 1931). В ней была сделана попытка доказать преимущества и древность наречного пения. Сам Баранин обладал мощным голосом и был головщикам правого хора в Таллиннской моленной. Доклад Баранина и его книга вызвали критику со стороны приверженцев древнего наонного или хомового пения, широко распространенного у старообрядцев Причудья и сохранившегося до наших дней. Вместе с женой [[Баранина Ксения Ефимовна|Ксенией Ефимовной]] принимал активное участие в оборудовании иконостаса и убранства в новой моленной Таллиннской старообрядческой общины, сооруженной по завещанию С.А. Мяэберг в 1930. При участии Баранина в 1934 был официально зарегистрирован [[Союз старообрядческих общин Эстонии]] с центром в Тарту и позже утвержден новый устав Старообрядческой церкви Эстонии. Согласно новому уставу, высшими органами Старообрядческой Церкви Эстонии являлись общее собрание, Центральный старообрядческий совет, правление и духовная комиссия. В Союз входили старообрядческие общины Таллина, Тарту, Муствеэ, Калласте, Колкья, Кикита, Казепяэ, Варнья, Саарекюла (Желачка), Пийрисааре и Вяйке-Колькья. В 1930-х неоднократно избирался председателем Центрального старообрядческого Совета и правления [[Союз старообрядческих общин Эстонии|Союза старообрядческих общин Эстонии]]. В 1936 не без его влияния решением съезда центр правления Союза переместился из Тарту в Таллинн. Удаление центра от мест исконного сосредоточения старообрядческого населения вызвало протесты. На очередном 13-м делегатском съезде старообрядческих общин в Кикита (1938) не попал в состав нового правления Союза. Отстранен от должности председателя правления, и центр совета Союза переместился в Муствеэ. Тем не менее, на этом же съезде был избран в состав делегации от Эстонии на предсоборное совещание старообрядцев в Каунасе в феврале 1939. В конце 1920-х - начале 1930-х печатался в русском журнале старообрядцев поморского согласия "Вестник Высшего Старообрядческого Совета в Польше". В этот же период он сотрудничал в нарвской газете "[[Русский вестник]]".

@@ Строка 3: / Строка 3: @@
 '''Петр Петрович Баранин''' (20.02/5.03.1882, дер. Большие Кольки (Колкья) Алацкивиской вол. Юрьевского у. Лифляндской губ. - 18.03.1966, Таллин)
-Из семьи потомственных старообрядцев. Церковнославянскую грамоту и знаменное пение изучал в семье. Учился в частной гимназии Хуго Треффнера, и в Тартуском реальном училище (1895 - 1898). В 1913 принят в члены Черносельской (Муствеэской) старообрядческой общины, избран в совет этой общины, исполнял обязанности секретаря. Принимал участие в движении за трезвость. Один из организаторов Муствеэской добровольной пожарной дружины. Избирался на общественные должности волостного старшины Мутвеэской волости и председателя поселкового совета. В 1917 избран в состав делегации от Причудского края, которая передала Временному правительству России особую петицию по вопросу об автономии и с изложением нужд местных русских, в т.ч. и старообрядцев. Причудские делегаты имели аудиенцию у члена Временного правительства Г.Е. Львова, посетили ряд министерств и ведомств. В результате переговоров было восстановлено пароходное сообщение между Тарту и Чудским озером, что несколько облегчило проблему снабжения продовольствием в тот сложный период.
+Из семьи потомственных старообрядцев. Церковнославянскую грамоту и знаменное пение изучал в семье. Учился в частной гимназии Гуго Треффнера, и в Тартуском реальном училище (1895 - 1898). В 1913 принят в члены Черносельской (Муствеэской) старообрядческой общины, избран в совет этой общины, исполнял обязанности секретаря. Принимал участие в движении за трезвость. Один из организаторов Муствеэской добровольной пожарной дружины. Избирался на общественные должности волостного старшины Мутвеэской волости и председателя поселкового совета. В 1917 избран в состав делегации от Причудского края, которая передала Временному правительству России особую петицию по вопросу об автономии и с изложением нужд местных русских, в т.ч. и старообрядцев. Причудские делегаты имели аудиенцию у члена Временного правительства Г.Е. Львова, посетили ряд министерств и ведомств. В результате переговоров было восстановлено пароходное сообщение между Тарту и Чудским озером, что несколько облегчило проблему снабжения продовольствием в тот сложный период.
 После революции в эмиграции в Эстонии в связи с изменением государственных границ. С провозглашением Эстонской Республики начал политическую карьеру как депутат от Тартуского округа (Муствеэ) в Государственном собрании Эстонии 1-го (1923 - 1926) и 3-го (1926 - 1929) созывов. Входил в состав финансовой комиссии. В выступлениях в парламенте критиковал бюджет за пренебрежительное отношение к развитию русских окраин. По его предложению правительство занималось подысканием заграничных рынков для причудских рыбаков. Баранин поднимал вопросы о заключении с Россией договора о рыбной ловле во внутренних водах. В парламенте принимал участие во фракции русского объединенного списка, выступая за право на культурную автономию (самоопределение) русского населения. В вопросах церковной жизни ратовал за проведение в жизнь принципов отделения Церкви от государства на основе полной автономии русских приходов; за право верить и молиться по обычаям и заветам предков; за отмену административных взысканий, наложенных на некоторых местных русских деятелей в связи с церковными гонениями; за равноправие всех религиозных объединений перед законом в вопросе о пенсиях и государственных дотациях. В своих выступлениях неоднократно указывал, что принцип равноправия попирается в отношении детей старообрядцев, которым не разрешают отмечать церковные праздники по старому стилю. В 1926 был одним из организаторов благотворительного общества в Таллинне "[[Дом русского ребенка]]", способствовавшего распространению общего и специального образования среди русских детей. Член  общества "[[Русская школа в Эстонии]]", избран 2.12.1926. В 1929 короткое время, как руководитель русской фракции в парламенте, исполнял обязанности председателя правления "[[Русский национальный союз|Русского Национального Союза]]". Освещал жизнь старообрядцев на страницах местных газет "[[Последние известия]]" (1923 - 1925), "[[Наша газета]]" (1927) и "[[Русский свет]]", являясь фактическим редактором последней с января по июнь 1929; ввел в этой газете рубрику "Дела старообрядческие"; также печатал свои статьи в "Вестнике высшего старообрядческого совета в Польше " (1929 - 1934). Проиграв на выборах в состав парламента 4-го созыва, отошел от политики и полностью посвятил себя устройству старообрядческеских дел. Главной задачей его деятельности в этом направлении было повышение религиозности верующих, упорядочение обрядовой стороны и принятие устава Старообрядческой церкви Эстонии. Возглавлял комссию по созыву IV и V Всеэстонских старообрядческих съездов в феврале и июле 1928. На них был создан Центральный старообрядческий совет Эстонии, в который как член парламента вошел Баранин, и принят устав Старообрядческой церкви Эстонии. На очередном 6-м съезде 3.11.1929 в Тарту прочел доклад об истории церковного пения и затем издал книгу "Из истории возникновения церковного пения в древнехристианской церкви" (Ревель, 1931). В ней была сделана попытка доказать преимущества и древность наречного пения. Сам Баранин обладал мощным голосом и был головщикам правого хора в Таллиннской моленной. Доклад Баранина и его книга вызвали критику со стороны приверженцев древнего наонного или хомового пения, широко распространенного у старообрядцев Причудья и сохранившегося до наших дней. Вместе с женой [[Баранина Ксения Ефимовна|Ксенией Ефимовной]] принимал активное участие в оборудовании иконостаса и убранства в новой моленной Таллиннской старообрядческой общины, сооруженной по завещанию С.А. Мяэберг в 1930. При участии Баранина в 1934 был официально зарегистрирован [[Союз старообрядческих общин Эстонии]] с центром в Тарту и позже утвержден новый устав Старообрядческой церкви Эстонии. Согласно новому уставу, высшими органами Старообрядческой Церкви Эстонии являлись общее собрание, Центральный старообрядческий совет, правление и духовная комиссия. В Союз входили старообрядческие общины Таллина, Тарту, Муствеэ, Калласте, Колкья, Кикита, Казепяэ, Варнья, Саарекюла (Желачка), Пийрисааре и Вяйке-Колькья. В 1930-х неоднократно избирался председателем Центрального старообрядческого Совета и правления [[Союз старообрядческих общин Эстонии|Союза старообрядческих общин Эстонии]]. В 1936 не без его влияния решением съезда центр правления Союза переместился из Тарту в Таллинн. Удаление центра от мест исконного сосредоточения старообрядческого населения вызвало протесты. На очередном 13-м делегатском съезде старообрядческих общин в Кикита (1938) не попал в состав нового правления Союза. Отстранен от должности председателя правления, и центр совета Союза переместился в Муствеэ. Тем не менее, на этом же съезде был избран в состав делегации от Эстонии на предсоборное совещание старообрядцев в Каунасе в феврале 1939. В конце 1920-х - начале 1930-х печатался в русском журнале старообрядцев поморского согласия "Вестник Высшего Старообрядческого Совета в Польше". В этот же период он сотрудничал в нарвской газете "[[Русский вестник]]".

@@ Строка 1: / Строка 1: @@
-'''Петр Петрович Баранин''' (20.02/5.03.1882, дер. Большие Кольки (Колкья) Алацкивиской вол.  Юрьевского у. Лифляндской губ. - 18.03.1966, Таллин)
+[[File:Баранин Петр Петрович.jpg|thumb|400px|Баранин Петр Петрович]]
-Из семьи потомственных старообрядцев. Церковнославянскую грамоту и знаменное пение изучал в семье, затем обучался в частном училище Хуго Треффнера, где укрепил знание эстонского языка, и в Тартуском реальном училище (1895 - 1898). В 1913 принят в члены Черносельской (Муствеэской) старообрядческой общины, избран в совет этой общины, исполнял обязанности секретаря. Принимал участие в движении за трезвость, один из организаторов Мутвеэской добровольной пожарной дружины. Избирался на общественные должности волостного старшины Мутвеэской волости и председателя поселкового совета. В 1917 избран в состав делегации от Причудского края, которая передала Временному правительству России особую петицию по вопросу об автономии и с изложением нужд местных русских, в т. ч. и старообрядцев. Причудские делегаты имели аудиенцию у члена Временного правительства Г.Е. Львова, посетили ряд министерств и ведомств. В результате переговоров было восстановлено пароходное сообщение между Тарту и Чудским озером, что несколько облегчило проблему снабжения продовольствием в тот сложный период.
+'''Петр Петрович Баранин''' (20.02/5.03.1882, дер. Большие Кольки (Колкья) Алацкивиской вол. Юрьевского у. Лифляндской губ. - 18.03.1966, Таллин)
-После революции в эмиграции в Эстонии в связи с изменением государственных границ. С провозглашением Эстонской Республики начал политическую карьеру как депутат от Тартуского округа (Муствеэ) в Государственном собрании Эстонии 1-го (1923 - 1926) и 3-го (1926 - 1929) созывов. Входил в состав финансовой комиссии. В выступлениях в парламенте критиковал бюджет за пренебрежительное отношение к развитию русских окраин. По его предложению правительство занималось подысканием заграничных рынков для причудских рыбаков. Баранин поднимал вопросы о заключении с Россией договора о рыбной ловле во внутренних водах. В парламенте принимал участие во фракции русского объединенного списка, выступая за право на культурную автономию (самоопределение) русского населения. В вопросах церковной жизни ратовал за проведение в жизнь принципов отделения Церкви от государства на основе полной автономии русских приходов; за право верить и молиться по обычаям и заветам предков; за отмену административных взысканий, наложенных на некоторых местных русских деятелей в связи с церковными гонениями; за равноправие всех религиозных объединений перед законом в вопросе о пенсиях и государственных дотациях. В своих выступлениях неоднократно указывал, что принцип равноправия попирается в отношении детей старообрядцев, которым не разрешают отмечать церковные праздники по старому стилю. В 1926 был одним из организаторов благотворительного общества в Таллинне "[[Дом русского ребенка]]", способствовавшего распространению общего и специального образования среди русских детей. Член  общества "[[Русская школа в Эстонии]]", избран 2.12.1926. В 1929 короткое время, как руководитель русской фракции в парламенте, исполнял обязанности председателя правления "[[Русский национальный союз|Русского Национального Союза]]". Освещал жизнь старообрядцев на страницах местных газет "[[Последние известия]]" (1923 - 1925), "[[Наша газета]]" (1927) и "[[Русский свет]]", являясь фактическим редактором последней с января по июнь 1929; ввел в этой газете рубрику "Дела старообрядческие"; также печатал свои статьи в "Вестнике Высшего Старообрядческого Совета в Польше " (1929 - 1934). Проиграв на выборах в состав парламента 4-го созыва, отошел от политики и полностью посвятил себя устройству старообрядческеских дел. Главной задачей его деятельности в этом направлении было повышение религиозности верующих, упорядочение обрядовой стороны и принятие устава Старообрядческой Церкви Эстонии. Возглавлял комссию по созыву IV и V Всеэстонских старообрядческих съездов в февр. и июле 1928. На них был создан Центральный Старообрядческий Совет Эстонии, в который как член парламента вошел Баранин, и принят устав Старообрядческой Церкви Эстонии. На очередном VI съезде 3.11.1929 в Тарту прочел доклад об истории церковного пения и затем издал книгу "Из истории возникновения церковного пения в древнехристианской церкви" (Ревель, 1931). В ней была сделана попытка доказать преимущества и древность наречного пения. Сам Баранин обладал мощным голосом и был головщикам правого хора в Таллиннской моленной. Доклад Баранина и его книга вызвали критику со стороны приверженцев древнего наонного или хомового пения, широко распространенного у старообрядцев Причудья и сохранившегося до наших дней. Вместе с женой [[Баранина Ксения Ефимовна|Ксенией Ефимовной]] принимал активное участие в оборудовании иконостаса и убранства в новой моленной Таллиннской старообрядческой общины, сооруженной по завещанию С.А. Мяэберг в 1930. При участии Баранина в 1934 был официально зарегистрирован [[Союз старообрядческих общин Эстонии]] с центром в Тарту и позже утвержден новый устав Старообрядческой Церкви Эстонии. Согласно новому уставу, высшими органами Старообрядческой Церкви Эстонии являлись общее собрание, Центральный Старообрядческий Совет, правление и Духовная комиссия. В Союз входили старообрядческие общины Таллина, Тарту, Муствеэ, Калласте, Колкья, Кикита, Казепяэ, Варнья, Саарекюла (Желачка), Пийрисааре и Вяйке-Колькья. В 1930-х гг. Баранин неоднократно избирался председателем Центрального Старообрядческого Совета и правления [[Союз старообрядческих общин Эстонии|Союза старообрядческих общин Эстонии]]. В 1936 не без его влияния решением съезда центр правления Союза переместился из Тарту в Таллинн. Удаление центра от мест исконного сосредоточения старообрядческого населения вызвало протесты. На очередном XIII делегатском съезде старообрядческих общин в Кикита (1938) Баранин не попал в состав нового правления Союза. Его отстранили от должности председателя правления, и центр совета Союза переместился в Муствеэ. Тем не менее, на этом же съезде он был избран в состав делегации от Эстонии на предсоборное совещание старообрядцев в Каунасе в феврале 1939. В конце 1920-х - начале 1930-х гг. печатался в русском журнале старообрядцев поморского согласия “Вестник Высшего Старообрядческого Совета в Польше”. В этот же период он сотрудничал в нарвской газете "[[Русский вестник]]".
+Из семьи потомственных старообрядцев. Церковнославянскую грамоту и знаменное пение изучал в семье. Учился в частной гимназии Хуго Треффнера, и в Тартуском реальном училище (1895 - 1898). В 1913 принят в члены Черносельской (Муствеэской) старообрядческой общины, избран в совет этой общины, исполнял обязанности секретаря. Принимал участие в движении за трезвость. Один из организаторов Муствеэской добровольной пожарной дружины. Избирался на общественные должности волостного старшины Мутвеэской волости и председателя поселкового совета. В 1917 избран в состав делегации от Причудского края, которая передала Временному правительству России особую петицию по вопросу об автономии и с изложением нужд местных русских, в т.ч. и старообрядцев. Причудские делегаты имели аудиенцию у члена Временного правительства Г.Е. Львова, посетили ряд министерств и ведомств. В результате переговоров было восстановлено пароходное сообщение между Тарту и Чудским озером, что несколько облегчило проблему снабжения продовольствием в тот сложный период.
-В 1950 - 1960-х председатель Таллинской старообрядческой общины. Похоронен 13.04.1966 на кладбище [http://www.kalmistud.ee/haudi?action=hauaplats&filter_hauaplats_hauaplats=93413 Метсакалмисту] в Таллинне.
+После революции в эмиграции в Эстонии в связи с изменением государственных границ. С провозглашением Эстонской Республики начал политическую карьеру как депутат от Тартуского округа (Муствеэ) в Государственном собрании Эстонии 1-го (1923 - 1926) и 3-го (1926 - 1929) созывов. Входил в состав финансовой комиссии. В выступлениях в парламенте критиковал бюджет за пренебрежительное отношение к развитию русских окраин. По его предложению правительство занималось подысканием заграничных рынков для причудских рыбаков. Баранин поднимал вопросы о заключении с Россией договора о рыбной ловле во внутренних водах. В парламенте принимал участие во фракции русского объединенного списка, выступая за право на культурную автономию (самоопределение) русского населения. В вопросах церковной жизни ратовал за проведение в жизнь принципов отделения Церкви от государства на основе полной автономии русских приходов; за право верить и молиться по обычаям и заветам предков; за отмену административных взысканий, наложенных на некоторых местных русских деятелей в связи с церковными гонениями; за равноправие всех религиозных объединений перед законом в вопросе о пенсиях и государственных дотациях. В своих выступлениях неоднократно указывал, что принцип равноправия попирается в отношении детей старообрядцев, которым не разрешают отмечать церковные праздники по старому стилю. В 1926 был одним из организаторов благотворительного общества в Таллинне "[[Дом русского ребенка]]", способствовавшего распространению общего и специального образования среди русских детей. Член  общества "[[Русская школа в Эстонии]]", избран 2.12.1926. В 1929 короткое время, как руководитель русской фракции в парламенте, исполнял обязанности председателя правления "[[Русский национальный союз|Русского Национального Союза]]". Освещал жизнь старообрядцев на страницах местных газет "[[Последние известия]]" (1923 - 1925), "[[Наша газета]]" (1927) и "[[Русский свет]]", являясь фактическим редактором последней с января по июнь 1929; ввел в этой газете рубрику "Дела старообрядческие"; также печатал свои статьи в "Вестнике высшего старообрядческого совета в Польше " (1929 - 1934). Проиграв на выборах в состав парламента 4-го созыва, отошел от политики и полностью посвятил себя устройству старообрядческеских дел. Главной задачей его деятельности в этом направлении было повышение религиозности верующих, упорядочение обрядовой стороны и принятие устава Старообрядческой церкви Эстонии. Возглавлял комссию по созыву IV и V Всеэстонских старообрядческих съездов в феврале и июле 1928. На них был создан Центральный старообрядческий совет Эстонии, в который как член парламента вошел Баранин, и принят устав Старообрядческой церкви Эстонии. На очередном 6-м съезде 3.11.1929 в Тарту прочел доклад об истории церковного пения и затем издал книгу "Из истории возникновения церковного пения в древнехристианской церкви" (Ревель, 1931). В ней была сделана попытка доказать преимущества и древность наречного пения. Сам Баранин обладал мощным голосом и был головщикам правого хора в Таллиннской моленной. Доклад Баранина и его книга вызвали критику со стороны приверженцев древнего наонного или хомового пения, широко распространенного у старообрядцев Причудья и сохранившегося до наших дней. Вместе с женой [[Баранина Ксения Ефимовна|Ксенией Ефимовной]] принимал активное участие в оборудовании иконостаса и убранства в новой моленной Таллиннской старообрядческой общины, сооруженной по завещанию С.А. Мяэберг в 1930. При участии Баранина в 1934 был официально зарегистрирован [[Союз старообрядческих общин Эстонии]] с центром в Тарту и позже утвержден новый устав Старообрядческой церкви Эстонии. Согласно новому уставу, высшими органами Старообрядческой Церкви Эстонии являлись общее собрание, Центральный старообрядческий совет, правление и духовная комиссия. В Союз входили старообрядческие общины Таллина, Тарту, Муствеэ, Калласте, Колкья, Кикита, Казепяэ, Варнья, Саарекюла (Желачка), Пийрисааре и Вяйке-Колькья. В 1930-х неоднократно избирался председателем Центрального старообрядческого Совета и правления [[Союз старообрядческих общин Эстонии|Союза старообрядческих общин Эстонии]]. В 1936 не без его влияния решением съезда центр правления Союза переместился из Тарту в Таллинн. Удаление центра от мест исконного сосредоточения старообрядческого населения вызвало протесты. На очередном 13-м делегатском съезде старообрядческих общин в Кикита (1938) не попал в состав нового правления Союза. Отстранен от должности председателя правления, и центр совета Союза переместился в Муствеэ. Тем не менее, на этом же съезде был избран в состав делегации от Эстонии на предсоборное совещание старообрядцев в Каунасе в феврале 1939. В конце 1920-х - начале 1930-х печатался в русском журнале старообрядцев поморского согласия "Вестник Высшего Старообрядческого Совета в Польше". В этот же период он сотрудничал в нарвской газете "[[Русский вестник]]".
 Семья: жена [[Баранина Ксения Ефимовна|Ксения Ефимовна]]; дети [[Баранина Мария Петровна|Мария]], [[Баранина Валентина Петровна|Валентина]], [[Баранина Зоя Петровна|Зоя (Сусанна)]], [[Баранин Антон Петрович|Антон]], [[Баранин Андрей Петрович|Андрей]].

@@ Строка 3: / Строка 3: @@
 Из семьи потомственных старообрядцев. Церковнославянскую грамоту и знаменное пение изучал в семье, затем обучался в частном училище Хуго Треффнера, где укрепил знание эстонского языка, и в Тартуском реальном училище (1895 - 1898). В 1913 принят в члены Черносельской (Муствеэской) старообрядческой общины, избран в совет этой общины, исполнял обязанности секретаря. Принимал участие в движении за трезвость, один из организаторов Мутвеэской добровольной пожарной дружины. Избирался на общественные должности волостного старшины Мутвеэской волости и председателя поселкового совета. В 1917 избран в состав делегации от Причудского края, которая передала Временному правительству России особую петицию по вопросу об автономии и с изложением нужд местных русских, в т. ч. и старообрядцев. Причудские делегаты имели аудиенцию у члена Временного правительства Г.Е. Львова, посетили ряд министерств и ведомств. В результате переговоров было восстановлено пароходное сообщение между Тарту и Чудским озером, что несколько облегчило проблему снабжения продовольствием в тот сложный период.
-После революции в эмиграции в Эстонии в связи с изменением государственных границ. С провозглашением Эстонской Республики начал политическую карьеру как депутат от Тартуского округа (Муствеэ) в Государственном собрании Эстонии 1-го (1923 - 1926) и 3-го (1926 - 1929) созывов. Входил в состав финансовой комиссии. В выступлениях в парламенте критиковал бюджет за пренебрежительное отношение к развитию русских окраин. По его предложению правительство занималось подысканием заграничных рынков для причудских рыбаков. Баранин поднимал вопросы о заключении с Россией договора о рыбной ловле во внутренних водах. В парламенте принимал участие во фракции русского объединенного списка, выступая за право на культурную автономию (самоопределение) русского населения. В вопросах церковной жизни ратовал за проведение в жизнь принципов отделения Церкви от государства на основе полной автономии русских приходов; за право верить и молиться по обычаям и заветам предков; за отмену административных взысканий, наложенных на некоторых местных русских деятелей в связи с церковными гонениями; за равноправие всех религиозных объединений перед законом в вопросе о пенсиях и государственных дотациях. В своих выступлениях неоднократно указывал, что принцип равноправия попирается в отношении детей старообрядцев, которым не разрешают отмечать церковные праздники по старому стилю. В 1926 был одним из организаторов благотворительного общества в Таллинне "[[Дом русского ребенка]]", способствовавшего распространению общего и специального образования среди русских детей. В 1929 короткое время, как руководитель русской фракции в парламенте, исполнял обязанности председателя правления "[[Русский национальный союз|Русского Национального Союза]]". Освещал жизнь старообрядцев на страницах местных газет "[[Последние известия]]" (1923 - 1925), "[[Наша газета]]" (1927) и "[[Русский свет]]", являясь фактическим редактором последней с января по июнь 1929; ввел в этой газете рубрику "Дела старообрядческие"; также печатал свои статьи в "Вестнике Высшего Старообрядческого Совета в Польше " (1929 - 1934). Проиграв на выборах в состав парламента 4-го созыва, отошел от политики и полностью посвятил себя устройству старообрядческеских дел. Главной задачей его деятельности в этом направлении было повышение религиозности верующих, упорядочение обрядовой стороны и принятие устава Старообрядческой Церкви Эстонии. Возглавлял комссию по созыву IV и V Всеэстонских старообрядческих съездов в февр. и июле 1928. На них был создан Центральный Старообрядческий Совет Эстонии, в который как член парламента вошел Баранин, и принят устав Старообрядческой Церкви Эстонии. На очередном VI съезде 3.11.1929 в Тарту прочел доклад об истории церковного пения и затем издал книгу "Из истории возникновения церковного пения в древнехристианской церкви" (Ревель, 1931). В ней была сделана попытка доказать преимущества и древность наречного пения. Сам Баранин обладал мощным голосом и был головщикам правого хора в Таллиннской моленной. Доклад Баранина и его книга вызвали критику со стороны приверженцев древнего наонного или хомового пения, широко распространенного у старообрядцев Причудья и сохранившегося до наших дней. Вместе с женой [[Баранина Ксения Ефимовна|Ксенией Ефимовной]] принимал активное участие в оборудовании иконостаса и убранства в новой моленной Таллиннской старообрядческой общины, сооруженной по завещанию С.А. Мяэберг в 1930. При участии Баранина в 1934 был официально зарегистрирован [[Союз старообрядческих общин Эстонии]] с центром в Тарту и позже утвержден новый устав Старообрядческой Церкви Эстонии. Согласно новому уставу, высшими органами Старообрядческой Церкви Эстонии являлись общее собрание, Центральный Старообрядческий Совет, правление и Духовная комиссия. В Союз входили старообрядческие общины Таллина, Тарту, Муствеэ, Калласте, Колкья, Кикита, Казепяэ, Варнья, Саарекюла (Желачка), Пийрисааре и Вяйке-Колькья. В 1930-х гг. Баранин неоднократно избирался председателем Центрального Старообрядческого Совета и правления [[Союз старообрядческих общин Эстонии|Союза старообрядческих общин Эстонии]]. В 1936 не без его влияния решением съезда центр правления Союза переместился из Тарту в Таллинн. Удаление центра от мест исконного сосредоточения старообрядческого населения вызвало протесты. На очередном XIII делегатском съезде старообрядческих общин в Кикита (1938) Баранин не попал в состав нового правления Союза. Его отстранили от должности председателя правления, и центр совета Союза переместился в Муствеэ. Тем не менее, на этом же съезде он был избран в состав делегации от Эстонии на предсоборное совещание старообрядцев в Каунасе в феврале 1939. В конце 1920-х - начале 1930-х гг. печатался в русском журнале старообрядцев поморского согласия “Вестник Высшего Старообрядческого Совета в Польше”. В этот же период он сотрудничал в нарвской газете "[[Русский вестник]]".
+После революции в эмиграции в Эстонии в связи с изменением государственных границ. С провозглашением Эстонской Республики начал политическую карьеру как депутат от Тартуского округа (Муствеэ) в Государственном собрании Эстонии 1-го (1923 - 1926) и 3-го (1926 - 1929) созывов. Входил в состав финансовой комиссии. В выступлениях в парламенте критиковал бюджет за пренебрежительное отношение к развитию русских окраин. По его предложению правительство занималось подысканием заграничных рынков для причудских рыбаков. Баранин поднимал вопросы о заключении с Россией договора о рыбной ловле во внутренних водах. В парламенте принимал участие во фракции русского объединенного списка, выступая за право на культурную автономию (самоопределение) русского населения. В вопросах церковной жизни ратовал за проведение в жизнь принципов отделения Церкви от государства на основе полной автономии русских приходов; за право верить и молиться по обычаям и заветам предков; за отмену административных взысканий, наложенных на некоторых местных русских деятелей в связи с церковными гонениями; за равноправие всех религиозных объединений перед законом в вопросе о пенсиях и государственных дотациях. В своих выступлениях неоднократно указывал, что принцип равноправия попирается в отношении детей старообрядцев, которым не разрешают отмечать церковные праздники по старому стилю. В 1926 был одним из организаторов благотворительного общества в Таллинне "[[Дом русского ребенка]]", способствовавшего распространению общего и специального образования среди русских детей. Член  общества "[[Русская школа в Эстонии]]", избран 2.12.1926. В 1929 короткое время, как руководитель русской фракции в парламенте, исполнял обязанности председателя правления "[[Русский национальный союз|Русского Национального Союза]]". Освещал жизнь старообрядцев на страницах местных газет "[[Последние известия]]" (1923 - 1925), "[[Наша газета]]" (1927) и "[[Русский свет]]", являясь фактическим редактором последней с января по июнь 1929; ввел в этой газете рубрику "Дела старообрядческие"; также печатал свои статьи в "Вестнике Высшего Старообрядческого Совета в Польше " (1929 - 1934). Проиграв на выборах в состав парламента 4-го созыва, отошел от политики и полностью посвятил себя устройству старообрядческеских дел. Главной задачей его деятельности в этом направлении было повышение религиозности верующих, упорядочение обрядовой стороны и принятие устава Старообрядческой Церкви Эстонии. Возглавлял комссию по созыву IV и V Всеэстонских старообрядческих съездов в февр. и июле 1928. На них был создан Центральный Старообрядческий Совет Эстонии, в который как член парламента вошел Баранин, и принят устав Старообрядческой Церкви Эстонии. На очередном VI съезде 3.11.1929 в Тарту прочел доклад об истории церковного пения и затем издал книгу "Из истории возникновения церковного пения в древнехристианской церкви" (Ревель, 1931). В ней была сделана попытка доказать преимущества и древность наречного пения. Сам Баранин обладал мощным голосом и был головщикам правого хора в Таллиннской моленной. Доклад Баранина и его книга вызвали критику со стороны приверженцев древнего наонного или хомового пения, широко распространенного у старообрядцев Причудья и сохранившегося до наших дней. Вместе с женой [[Баранина Ксения Ефимовна|Ксенией Ефимовной]] принимал активное участие в оборудовании иконостаса и убранства в новой моленной Таллиннской старообрядческой общины, сооруженной по завещанию С.А. Мяэберг в 1930. При участии Баранина в 1934 был официально зарегистрирован [[Союз старообрядческих общин Эстонии]] с центром в Тарту и позже утвержден новый устав Старообрядческой Церкви Эстонии. Согласно новому уставу, высшими органами Старообрядческой Церкви Эстонии являлись общее собрание, Центральный Старообрядческий Совет, правление и Духовная комиссия. В Союз входили старообрядческие общины Таллина, Тарту, Муствеэ, Калласте, Колкья, Кикита, Казепяэ, Варнья, Саарекюла (Желачка), Пийрисааре и Вяйке-Колькья. В 1930-х гг. Баранин неоднократно избирался председателем Центрального Старообрядческого Совета и правления [[Союз старообрядческих общин Эстонии|Союза старообрядческих общин Эстонии]]. В 1936 не без его влияния решением съезда центр правления Союза переместился из Тарту в Таллинн. Удаление центра от мест исконного сосредоточения старообрядческого населения вызвало протесты. На очередном XIII делегатском съезде старообрядческих общин в Кикита (1938) Баранин не попал в состав нового правления Союза. Его отстранили от должности председателя правления, и центр совета Союза переместился в Муствеэ. Тем не менее, на этом же съезде он был избран в состав делегации от Эстонии на предсоборное совещание старообрядцев в Каунасе в феврале 1939. В конце 1920-х - начале 1930-х гг. печатался в русском журнале старообрядцев поморского согласия “Вестник Высшего Старообрядческого Совета в Польше”. В этот же период он сотрудничал в нарвской газете "[[Русский вестник]]".
 В 1950 - 1960-х председатель Таллинской старообрядческой общины. Похоронен 13.04.1966 на кладбище [http://www.kalmistud.ee/haudi?action=hauaplats&filter_hauaplats_hauaplats=93413 Метсакалмисту] в Таллинне.

@@ Строка 1: / Строка 1: @@
 '''Петр Петрович Баранин''' (20.02/5.03.1882, дер. Большие Кольки (Колкья) Алацкивиской вол.  Юрьевского у. Лифляндской губ. - 18.03.1966, Таллин)
-Из семьи потомственных старообрядцев. Церковнославянскую грамоту и знаменное пение изучал в семье, затем обучался в частном училище Хуго Треффнера, где укрепил знание эстонского языка, и в Тартуском реальном училище (1895 - 1898). В 1913 принят в члены Черносельской (Муствеэской) старообрядческой общины, избран в совет этой общины, исполнял обязанности секретаря. Принимал участие в движении за трезвость, один из организаторов Мутвеэской добровольной пожарной дружины. Избирался на общественные должности волостного старшины Мутвеэской волости и председателя поселкового совета. В 1917 г. избран в состав делегации от Причудского края, которая передала Временному правительству России особую петицию по вопросу об автономии и с изложением нужд местных русских, в т. ч. и старообрядцев. Причудские делегаты имели аудиенцию у члена Временного правительства Г.Е. Львова, посетили ряд министерств и ведомств. В результате переговоров было восстановлено пароходное сообщение между Тарту и Чудским озером, что несколько облегчило проблему снабжения продовольствием в тот сложный период.
+Из семьи потомственных старообрядцев. Церковнославянскую грамоту и знаменное пение изучал в семье, затем обучался в частном училище Хуго Треффнера, где укрепил знание эстонского языка, и в Тартуском реальном училище (1895 - 1898). В 1913 принят в члены Черносельской (Муствеэской) старообрядческой общины, избран в совет этой общины, исполнял обязанности секретаря. Принимал участие в движении за трезвость, один из организаторов Мутвеэской добровольной пожарной дружины. Избирался на общественные должности волостного старшины Мутвеэской волости и председателя поселкового совета. В 1917 избран в состав делегации от Причудского края, которая передала Временному правительству России особую петицию по вопросу об автономии и с изложением нужд местных русских, в т. ч. и старообрядцев. Причудские делегаты имели аудиенцию у члена Временного правительства Г.Е. Львова, посетили ряд министерств и ведомств. В результате переговоров было восстановлено пароходное сообщение между Тарту и Чудским озером, что несколько облегчило проблему снабжения продовольствием в тот сложный период.
-После революции в эмиграции в Эстонии в связи с изменением государственных границ. С провозглашением Эстонской Республики начал политическую карьеру как депутат от Тартуского округа (Муствеэ) в Государственном собрании Эстонии 1-го (1923 - 1926) и 3-го (1926 - 1929) созывов. Входил в состав финансовой комиссии. В выступлениях в парламенте критиковал бюджет за пренебрежительное отношение к развитию русских окраин. По его предложению правительство занималось подысканием заграничных рынков для причудских рыбаков. Баранин поднимал вопросы о заключении с Россией договора о рыбной ловле во внутренних водах. В парламенте принимал участие во фракции русского объединенного списка, выступая за право на культурную автономию (самоопределение) русского населения. В вопросах церковной жизни ратовал за проведение в жизнь принципов отделения Церкви от государства на основе полной автономии русских приходов; за право верить и молиться по обычаям и заветам предков; за отмену административных взысканий, наложенных на некоторых местных русских деятелей в связи с церковными гонениями; за равноправие всех религиозных объединений перед законом в вопросе о пенсиях и государственных дотациях. В своих выступлениях неоднократно указывал, что принцип равноправия попирается в отношении детей старообрядцев, которым не разрешают отмечать церковные праздники по старому стилю. В 1926 был одним из организаторов благотворительного общества в Таллинне [[Дом русского ребенка|«Дом русского ребенка»]], способствовавшего распространению общего и специального образования среди русских детей. В 1929 короткое время, как руководитель русской фракции в парламенте, исполнял обязанности председателя правление [[Русский национальный союз|"Русского Национального Союза"]]. Освещал жизнь старообрядцев на страницах местных газет [[Последние известия|"Последние известия"]] (1923 - 1925), [[Наша газета|"Наша газета"]] (1927) и [[Русский свет|"Русский свет"]], являясь фактическим редактором последней с января по июнь 1929; ввел в этой газете рубрику "Дела старообрядческие"; также печатал свои статьи в "Вестнике Высшего Старообрядческого Совета в Польше " (1929 - 1934). Проиграв на выборах в состав парламента 4-го созыва, отошел от политики и полностью посвятил себя устройству старообрядческеских дел. Главной задачей его деятельности в этом направлении было повышение религиозности верующих, упорядочение обрядовой стороны и принятие устава Старообрядческой Церкви Эстонии. Возглавлял комссию по созыву IV и V Всеэстонских старообрядческих съездов в февр. и июле 1928. На них был создан Центральный Старообрядческий Совет Эстонии, в который как член парламента вошел Баранин, и принят устав Старообрядческой Церкви Эстонии. На очередном VI съезде 3.11.1929 в Тарту прочел доклад об истории церковного пения и затем издал книгу "Из истории возникновения церковного пения в древнехристианской церкви" (Ревель, 1931). В ней была сделана попытка доказать преимущества и древность наречного пения. Сам Баранин обладал мощным голосом и был головщикам правого хора в Таллиннской моленной. Доклад Баранина и его книга вызвали критику со стороны приверженцев древнего наонного или хомового пения, широко распространенного у старообрядцев Причудья и сохранившегося до наших дней. Вместе с женой [[Баранина Ксения Ефимовна|Ксенией Ефимовной]] принимал активное участие в оборудовании иконостаса и убранства в новой моленной Таллиннской старообрядческой общины, сооруженной по завещанию С.А. Мяэберг в 1930. При участии Баранина в 1934 был официально зарегистрирован [[Союз старообрядческих общин Эстонии]] с центром в Тарту и позже утвержден новый устав Старообрядческой Церкви Эстонии. Согласно новому уставу, высшими органами Старообрядческой Церкви Эстонии являлись общее собрание, Центральный Старообрядческий Совет, правление и Духовная комиссия. В Союз входили старообрядческие общины Таллина, Тарту, Муствеэ, Калласте, Колкья, Кикита, Казепяэ, Варнья, Саарекюла (Желачка), Пийрисааре и Вяйке-Колькья. В 1930-х гг. Баранин неоднократно избирался председателем Центрального Старообрядческого Совета и правления [[Союз старообрядческих общин Эстонии|Союза старообрядческих общин Эстонии]]. В 1936 не без его влияния решением съезда центр правления Союза переместился из Тарту в Таллинн. Удаление центра от мест исконного сосредоточения старообрядческого населения вызвало протесты. На очередном XIII делегатском съезде старообрядческих общин в Кикита (1938) Баранин не попал в состав нового правления Союза. Его отстранили от должности председателя правления, и центр совета Союза переместился в Муствеэ. Тем не менее, на этом же съезде он был избран в состав делегации от Эстонии на предсоборное совещание старообрядцев в Каунасе в феврале 1939. В конце 1920-х - начале 1930-х гг. печатался в русском журнале старообрядцев поморского согласия “Вестник Высшего Старообрядческого Совета в Польше”. В этот же период он сотрудничал в нарвской газете [[Русский вестник|"Русский вестник"]].
+После революции в эмиграции в Эстонии в связи с изменением государственных границ. С провозглашением Эстонской Республики начал политическую карьеру как депутат от Тартуского округа (Муствеэ) в Государственном собрании Эстонии 1-го (1923 - 1926) и 3-го (1926 - 1929) созывов. Входил в состав финансовой комиссии. В выступлениях в парламенте критиковал бюджет за пренебрежительное отношение к развитию русских окраин. По его предложению правительство занималось подысканием заграничных рынков для причудских рыбаков. Баранин поднимал вопросы о заключении с Россией договора о рыбной ловле во внутренних водах. В парламенте принимал участие во фракции русского объединенного списка, выступая за право на культурную автономию (самоопределение) русского населения. В вопросах церковной жизни ратовал за проведение в жизнь принципов отделения Церкви от государства на основе полной автономии русских приходов; за право верить и молиться по обычаям и заветам предков; за отмену административных взысканий, наложенных на некоторых местных русских деятелей в связи с церковными гонениями; за равноправие всех религиозных объединений перед законом в вопросе о пенсиях и государственных дотациях. В своих выступлениях неоднократно указывал, что принцип равноправия попирается в отношении детей старообрядцев, которым не разрешают отмечать церковные праздники по старому стилю. В 1926 был одним из организаторов благотворительного общества в Таллинне "[[Дом русского ребенка]]", способствовавшего распространению общего и специального образования среди русских детей. В 1929 короткое время, как руководитель русской фракции в парламенте, исполнял обязанности председателя правления "[[Русский национальный союз|Русского Национального Союза]]". Освещал жизнь старообрядцев на страницах местных газет "[[Последние известия]]" (1923 - 1925), "[[Наша газета]]" (1927) и "[[Русский свет]]", являясь фактическим редактором последней с января по июнь 1929; ввел в этой газете рубрику "Дела старообрядческие"; также печатал свои статьи в "Вестнике Высшего Старообрядческого Совета в Польше " (1929 - 1934). Проиграв на выборах в состав парламента 4-го созыва, отошел от политики и полностью посвятил себя устройству старообрядческеских дел. Главной задачей его деятельности в этом направлении было повышение религиозности верующих, упорядочение обрядовой стороны и принятие устава Старообрядческой Церкви Эстонии. Возглавлял комссию по созыву IV и V Всеэстонских старообрядческих съездов в февр. и июле 1928. На них был создан Центральный Старообрядческий Совет Эстонии, в который как член парламента вошел Баранин, и принят устав Старообрядческой Церкви Эстонии. На очередном VI съезде 3.11.1929 в Тарту прочел доклад об истории церковного пения и затем издал книгу "Из истории возникновения церковного пения в древнехристианской церкви" (Ревель, 1931). В ней была сделана попытка доказать преимущества и древность наречного пения. Сам Баранин обладал мощным голосом и был головщикам правого хора в Таллиннской моленной. Доклад Баранина и его книга вызвали критику со стороны приверженцев древнего наонного или хомового пения, широко распространенного у старообрядцев Причудья и сохранившегося до наших дней. Вместе с женой [[Баранина Ксения Ефимовна|Ксенией Ефимовной]] принимал активное участие в оборудовании иконостаса и убранства в новой моленной Таллиннской старообрядческой общины, сооруженной по завещанию С.А. Мяэберг в 1930. При участии Баранина в 1934 был официально зарегистрирован [[Союз старообрядческих общин Эстонии]] с центром в Тарту и позже утвержден новый устав Старообрядческой Церкви Эстонии. Согласно новому уставу, высшими органами Старообрядческой Церкви Эстонии являлись общее собрание, Центральный Старообрядческий Совет, правление и Духовная комиссия. В Союз входили старообрядческие общины Таллина, Тарту, Муствеэ, Калласте, Колкья, Кикита, Казепяэ, Варнья, Саарекюла (Желачка), Пийрисааре и Вяйке-Колькья. В 1930-х гг. Баранин неоднократно избирался председателем Центрального Старообрядческого Совета и правления [[Союз старообрядческих общин Эстонии|Союза старообрядческих общин Эстонии]]. В 1936 не без его влияния решением съезда центр правления Союза переместился из Тарту в Таллинн. Удаление центра от мест исконного сосредоточения старообрядческого населения вызвало протесты. На очередном XIII делегатском съезде старообрядческих общин в Кикита (1938) Баранин не попал в состав нового правления Союза. Его отстранили от должности председателя правления, и центр совета Союза переместился в Муствеэ. Тем не менее, на этом же съезде он был избран в состав делегации от Эстонии на предсоборное совещание старообрядцев в Каунасе в феврале 1939. В конце 1920-х - начале 1930-х гг. печатался в русском журнале старообрядцев поморского согласия “Вестник Высшего Старообрядческого Совета в Польше”. В этот же период он сотрудничал в нарвской газете "[[Русский вестник]]".
 В 1950 - 1960-х председатель Таллинской старообрядческой общины. Похоронен 13.04.1966 на кладбище [http://www.kalmistud.ee/haudi?action=hauaplats&filter_hauaplats_hauaplats=93413 Метсакалмисту] в Таллинне.

@@ Строка 7: / Строка 7: @@
 В 1950 - 1960-х председатель Таллинской старообрядческой общины. Похоронен 13.04.1966 на кладбище [http://www.kalmistud.ee/haudi?action=hauaplats&filter_hauaplats_hauaplats=93413 Метсакалмисту] в Таллинне.
-Семья: жена [[Баранина Ксения Ефимовна|Ксения Ефимовна]]; дети [[Баранина Мария Петровна|Мария]], [[Баранина Валентина Петровна|Валентина]], [[Баранина Зоя Петровна|Зоя (Сусанна)]], [[Баранин Антон Петрович|Антон]].
+Семья: жена [[Баранина Ксения Ефимовна|Ксения Ефимовна]]; дети [[Баранина Мария Петровна|Мария]], [[Баранина Валентина Петровна|Валентина]], [[Баранина Зоя Петровна|Зоя (Сусанна)]], [[Баранин Антон Петрович|Антон]], [[Баранин Андрей Петрович|Андрей]].
 == Источники ==

@@ Строка 5: / Строка 5: @@
 После революции в эмиграции в Эстонии в связи с изменением государственных границ. С провозглашением Эстонской Республики начал политическую карьеру как депутат от Тартуского округа (Муствеэ) в Государственном собрании Эстонии 1-го (1923 - 1926) и 3-го (1926 - 1929) созывов. Входил в состав финансовой комиссии. В выступлениях в парламенте критиковал бюджет за пренебрежительное отношение к развитию русских окраин. По его предложению правительство занималось подысканием заграничных рынков для причудских рыбаков. Баранин поднимал вопросы о заключении с Россией договора о рыбной ловле во внутренних водах. В парламенте принимал участие во фракции русского объединенного списка, выступая за право на культурную автономию (самоопределение) русского населения. В вопросах церковной жизни ратовал за проведение в жизнь принципов отделения Церкви от государства на основе полной автономии русских приходов; за право верить и молиться по обычаям и заветам предков; за отмену административных взысканий, наложенных на некоторых местных русских деятелей в связи с церковными гонениями; за равноправие всех религиозных объединений перед законом в вопросе о пенсиях и государственных дотациях. В своих выступлениях неоднократно указывал, что принцип равноправия попирается в отношении детей старообрядцев, которым не разрешают отмечать церковные праздники по старому стилю. В 1926 был одним из организаторов благотворительного общества в Таллинне [[Дом русского ребенка|«Дом русского ребенка»]], способствовавшего распространению общего и специального образования среди русских детей. В 1929 короткое время, как руководитель русской фракции в парламенте, исполнял обязанности председателя правление [[Русский национальный союз|"Русского Национального Союза"]]. Освещал жизнь старообрядцев на страницах местных газет [[Последние известия|"Последние известия"]] (1923 - 1925), [[Наша газета|"Наша газета"]] (1927) и [[Русский свет|"Русский свет"]], являясь фактическим редактором последней с января по июнь 1929; ввел в этой газете рубрику "Дела старообрядческие"; также печатал свои статьи в "Вестнике Высшего Старообрядческого Совета в Польше " (1929 - 1934). Проиграв на выборах в состав парламента 4-го созыва, отошел от политики и полностью посвятил себя устройству старообрядческеских дел. Главной задачей его деятельности в этом направлении было повышение религиозности верующих, упорядочение обрядовой стороны и принятие устава Старообрядческой Церкви Эстонии. Возглавлял комссию по созыву IV и V Всеэстонских старообрядческих съездов в февр. и июле 1928. На них был создан Центральный Старообрядческий Совет Эстонии, в который как член парламента вошел Баранин, и принят устав Старообрядческой Церкви Эстонии. На очередном VI съезде 3.11.1929 в Тарту прочел доклад об истории церковного пения и затем издал книгу "Из истории возникновения церковного пения в древнехристианской церкви" (Ревель, 1931). В ней была сделана попытка доказать преимущества и древность наречного пения. Сам Баранин обладал мощным голосом и был головщикам правого хора в Таллиннской моленной. Доклад Баранина и его книга вызвали критику со стороны приверженцев древнего наонного или хомового пения, широко распространенного у старообрядцев Причудья и сохранившегося до наших дней. Вместе с женой [[Баранина Ксения Ефимовна|Ксенией Ефимовной]] принимал активное участие в оборудовании иконостаса и убранства в новой моленной Таллиннской старообрядческой общины, сооруженной по завещанию С.А. Мяэберг в 1930. При участии Баранина в 1934 был официально зарегистрирован [[Союз старообрядческих общин Эстонии]] с центром в Тарту и позже утвержден новый устав Старообрядческой Церкви Эстонии. Согласно новому уставу, высшими органами Старообрядческой Церкви Эстонии являлись общее собрание, Центральный Старообрядческий Совет, правление и Духовная комиссия. В Союз входили старообрядческие общины Таллина, Тарту, Муствеэ, Калласте, Колкья, Кикита, Казепяэ, Варнья, Саарекюла (Желачка), Пийрисааре и Вяйке-Колькья. В 1930-х гг. Баранин неоднократно избирался председателем Центрального Старообрядческого Совета и правления [[Союз старообрядческих общин Эстонии|Союза старообрядческих общин Эстонии]]. В 1936 не без его влияния решением съезда центр правления Союза переместился из Тарту в Таллинн. Удаление центра от мест исконного сосредоточения старообрядческого населения вызвало протесты. На очередном XIII делегатском съезде старообрядческих общин в Кикита (1938) Баранин не попал в состав нового правления Союза. Его отстранили от должности председателя правления, и центр совета Союза переместился в Муствеэ. Тем не менее, на этом же съезде он был избран в состав делегации от Эстонии на предсоборное совещание старообрядцев в Каунасе в феврале 1939. В конце 1920-х - начале 1930-х гг. печатался в русском журнале старообрядцев поморского согласия “Вестник Высшего Старообрядческого Совета в Польше”. В этот же период он сотрудничал в нарвской газете [[Русский вестник|"Русский вестник"]].
-В 1950 - 1960-х председатель Таллинской старообрядческой общины. Похоронен на кладбище Меисакалмисту в Таллине.
+В 1950 - 1960-х председатель Таллинской старообрядческой общины. Похоронен на кладбище [http://www.kalmistud.ee/haudi?action=hauaplats&filter_hauaplats_hauaplats=93413 Метсакалмисту] в Таллинне.
-Семья: дети [[Баранина Мария Петровна|Мария]], [[Баранина Валентина Петровна|Валентина]], [[Баранина Зоя Петровна|Зоя]], [[Баранин Антон Петрович|Антон]].
+Семья: жена [[Баранина Ксения Ефимовна|Ксения Ефимовна]]; дети [[Баранина Мария Петровна|Мария]], [[Баранина Валентина Петровна|Валентина]], [[Баранина Зоя Петровна|Зоя (Сусанна)]], [[Баранин Антон Петрович|Антон]].
 == Источники ==

← Предыдущая		Версия 10:47, 17 января 2016
Строка 1:		Строка 1:
−	'''Петр Петрович Баранин''' (20.02.1882, дер. Большие Кольки (Колкья) Алацкивиской вол. Юрьевского у. Лифляндской губ. - 18.03.1966, Таллин)	+	'''Петр Петрович Баранин''' (20.02/5.03.1882, дер. Большие Кольки (Колкья) Алацкивиской вол. Юрьевского у. Лифляндской губ. - 18.03(13.04?).1966, Таллин)

	Из семьи потомственных старообрядцев. Церковнославянскую грамоту и знаменное пение изучал в семье, затем обучался в частном училище Хуго Треффнера, где укрепил знание эстонского языка, и в Тартуском реальном училище (1895 - 1898). В 1913 принят в члены Черносельской (Муствеэской) старообрядческой общины, избран в совет этой общины, исполнял обязанности секретаря. Принимал участие в движении за трезвость, один из организаторов Мутвеэской добровольной пожарной дружины. Избирался на общественные должности волостного старшины Мутвеэской волости и председателя поселкового совета. В 1917 г. избран в состав делегации от Причудского края, которая передала Временному правительству России особую петицию по вопросу об автономии и с изложением нужд местных русских, в т. ч. и старообрядцев. Причудские делегаты имели аудиенцию у члена Временного правительства Г.Е. Львова, посетили ряд министерств и ведомств. В результате переговоров было восстановлено пароходное сообщение между Тарту и Чудским озером, что несколько облегчило проблему снабжения продовольствием в тот сложный период.		Из семьи потомственных старообрядцев. Церковнославянскую грамоту и знаменное пение изучал в семье, затем обучался в частном училище Хуго Треффнера, где укрепил знание эстонского языка, и в Тартуском реальном училище (1895 - 1898). В 1913 принят в члены Черносельской (Муствеэской) старообрядческой общины, избран в совет этой общины, исполнял обязанности секретаря. Принимал участие в движении за трезвость, один из организаторов Мутвеэской добровольной пожарной дружины. Избирался на общественные должности волостного старшины Мутвеэской волости и председателя поселкового совета. В 1917 г. избран в состав делегации от Причудского края, которая передала Временному правительству России особую петицию по вопросу об автономии и с изложением нужд местных русских, в т. ч. и старообрядцев. Причудские делегаты имели аудиенцию у члена Временного правительства Г.Е. Львова, посетили ряд министерств и ведомств. В результате переговоров было восстановлено пароходное сообщение между Тарту и Чудским озером, что несколько облегчило проблему снабжения продовольствием в тот сложный период.